🛡 Кейс: защищаем склад от дронов. Три позиции, две мёртвые зоны, одно неожиданно

Защита склада от дронов: три позиции, две мёртвые зоны и находка в эфире

Складской комплекс с четырьмя корпусами по периметру и открытой площадкой между ними — типовая планировка для логистических объектов среднего масштаба. Периметр порядка 1260 метров, здания разной высоты, между ними — маневровая зона для техники. Заказчик фиксировал регулярные визуальные разведывательные пролёты: дрон появлялся над площадкой, зависал на 20–40 секунд над зоной погрузки или открытыми воротами и уходил в сторону соседней территории. Задача — не просто «поставить глушилку», а спроектировать систему, которая находит цель до того, как она успела снять кадр, и подавляет её управление, не трогая собственную инфраструктуру объекта.

У объекта было два жёстких ограничения. Первое — работающий корпоративный Wi-Fi на 2.4 и 5 ГГц, который нельзя было даже частично «положить» в рабочее время смены. Второе — система LoRaWAN-датчиков на 868 МГц, обслуживающая учёт температуры и влажности на части складских площадей, и GSM-рации охраны. Любое решение, построенное на широкополосном подавлении «по всему диапазону», било бы по собственной инфраструктуре сильнее, чем по случайному дрону. Ниже — как объект прошёл путь от пассивного мониторинга до рабочей системы с тремя точками и одной находкой, которая не имела отношения к дронам вовсе.

Вводные данные объекта

Шаг 1. Что замерили до развёртывания

Первым этапом на объект вышел не подавитель, а система пассивного мониторинга эфира ASEL — без единого ватта на излучение, только приём. Задача разведки — понять, откуда реально прилетает угроза, а не куда «логично было бы» ставить оборудование по чертежу. Комплекс отработал 72 часа на крыше центрального корпуса, фиксируя всё, что появляется в контролируемых полосах.

Восемь из одиннадцати событий пришли с одного направления — это уже приоритет для расстановки антенн и сектора подавления. Три — со стороны промышленной застройки за южной границей, где переотражения от металлических конструкций давали более рваный, но повторяющийся паттерн. Отдельно встал вопрос сигнала на 900 МГц: паттерн скачков по частоте был похож на LoRa-передатчик, но не совпадал с типовыми профилями FPV-каналов и не повторялся синхронно с визуальными пролётами. Решили не делать по нему выводов до отдельной проверки — и это оказалось верным шагом, о котором ниже.

Шаг 2. Расстановка трёх позиций

По итогам разведки эфира спроектировали три точки: одну — основную, с максимальным приоритетом по направлению северо-запад, вторую — прикрывающую южный сектор, третью — мобильную, компенсирующую то, что первые две физически не могли закрыть.

Позиция 1 — северо-западный угол, основная

Комплекс детектирования и подавления Шторм-М установлен на угловой опоре высотой 8 метров, обращён в сторону открытого поля — приоритетного направления по данным разведки. Здесь работает связка детектирования и направленного подавления в одном узле: как только фиксируется сигнатура канала управления в 2402–2480 или 5745–5825 МГц, система формирует сектор подавления шириной порядка 60–80° в сторону засечки.

Позиция 2 — юго-восточный угол, вторичная

Второй Шторм-М закрывает промышленный сектор. Здесь другая геометрия: соседняя застройка создаёт многолучевое отражение, поэтому позиция смещена на 4 метра от угла здания и поднята на 7 метров, чтобы прямая видимость на предполагаемую траекторию подлёта не перекрывалась вентиляционным коробом на крыше.

Позиция 3 — мобильная, южный фасад

Третья точка — не стационарная вышка, а оператор с переносным комплексом Капюшон, дежурящий вдоль южной стены в графике, привязанном к сменам охраны. О том, зачем понадобилась мобильная позиция при двух стационарных, — в следующем разделе: без неё оставались две зоны, где ни один из стационарных постов не давал уверенного подавления.

Шаг 3. Две обнаруженные мёртвые зоны

Расчёт по чертежу здания не учитывает то, что видно только при полевом тесте с реальным сигналом. После установки первых двух позиций провели контрольные пролёты (согласованные тестовые запуски с оператором дрона) и обнаружили две зоны, где ни одна позиция не давала устойчивого подавления.

Мёртвая зона №1 — южная стена на малой высоте

Дрон, идущий вдоль южного фасада на высоте 3–5 метров, экранировался массой самого здания от обеих стационарных позиций. Северо-западная точка теряла прямую видимость из-за угла здания, юго-восточная — из-за того же здания с другой стороны. На этом участке протяжённостью около 120 метров уровень сигнала подавителя падал на 15–20 дБ относительно расчётного, и цель проходила его без потери управления.

Мёртвая зона №2 — узкий проезд между корпусами 3 и 4

Второй провал — технологический проезд шириной около 12 метров между двумя складскими корпусами. Здания с обеих сторон работали как волновод и одновременно как экран: сигнал подавления от обеих позиций попадал туда с существенным ослаблением, а дрон на малой высоте оставался в узком «тоннеле» видимости, недоступном ни одной антенне с угловых точек.

Вывод по этим двум зонам был прикладным: третью стационарную вышку под них ставить экономически избыточно — обе зоны совокупно перекрывают меньше 15% периметра, а трасса пролёта через них требует от оператора дрона точного, повторяемого маршрута, что на практике для разведывательного полёта нетипично. Решили закрыть обе зоны третьей позицией — мобильным постом с Капюшоном, который перекрывает южную стену по расписанию дежурства и способен быть переброшен ко второй зоне за 2–3 минуты при получении сигнала тревоги с ASEL.

Шаг 4. Прицельность против побочного ущерба

Первый тестовый запуск подавления в широкополосном режиме дал предсказуемый, но неприятный результат: корпоративный Wi-Fi проседал на площади до 40% территории объекта — сектор подавления перекрывал и легитимные точки доступа. От такого режима отказались сразу.

Настроили прицельное подавление по двум конкретным полосам — 2402–2480 МГц и 5745–5825 МГц — с исключением частотных каналов, занятых корпоративными SSID объекта. LoRaWAN на 868 МГц и GSM-рации в сектора подавления изначально не входили — угроза была локализована в диапазонах 2.4 и 5.8 ГГц, характерных для FPV и DJI Mavic-класса. В части кейсов с более длинными дальностями встречаются и разведывательные каналы на 1.2 ГГц (аналоговое видео) — под эту полосу оставили резервную настройку в ASEL, хотя за время наблюдения на объекте активности там не зафиксировали.

Шаг 5. Замеры после настройки

Просадка дальности подавления в 20–30 метров после перехода на прицельный режим — ожидаемая плата за то, что вся энергия передатчика теперь концентрируется в узких полосах вместо равномерного размазывания по всему диапазону. На практике эта разница не критична: даже 140–170 метров с юго-восточной позиции превышают дистанцию, с которой FPV-дрон способен получить полезный видеокадр территории объекта.

Неожиданное решение: находка, которая не имела отношения к дронам

Засечка на 900 МГц, зафиксированная ещё на этапе первичного мониторинга, не давала покоя — паттерн скачков по частоте не совпадал ни с одним известным профилем FPV или коммерческого дрона. Прежде чем включать по этому источнику подавление, инженеры провели дополнительный пеленг и выяснили: источник стационарный, находится за пределами периметра объекта, и активен по расписанию, привязанному к световому дню, а не к моментам визуальных пролётов дрона.

Источником оказался LoRa-трекер, закреплённый соседним хозяйством на квадрокоптере, используемом для мониторинга теплиц — устройство передавало телеметрию раз в несколько минут и никак не было связано с разведывательными полётами над складом. После короткого разговора с владельцем устройство сняли с рабочего цикла над границей участков, и засечка исчезла из логов ASEL без единого включения подавителя.

Это и есть тот случай, ради которого стоит строить систему с пассивным мониторингом перед активным подавлением, а не наоборот. Если бы на объекте изначально стоял только широкополосный подавитель без разведки эфира, реакция на любую аномалию в диапазоне была бы одна — глушить. LoRa-трекер соседа заглох бы вместе с гипотетическим дроном, а разбираться с последствиями (и жалобой) пришлось бы постфактум, без понимания, что вообще произошло. Пассивное детектирование позволило идентифицировать источник до того, как в дело пошла активная часть комплекса, и закрыть вопрос без единого ватта подавления.

Выводы по проекту

• Три точки на объекте такого масштаба — не универсальное число, а результат конкретной топографии: две стационарные позиции РЭБ закрывают открытые направления, третья мобильная — компенсирует экранирование застройкой, которое видно только на реальном тесте, а не на чертеже.
• Мёртвые зоны на объектах с плотной застройкой почти всегда возникают там, где здание становится собственным экраном — вдоль стен на малой высоте и в узких проездах между корпусами.
• Прицельное подавление по конкретным полосам вместо широкополосного — обязательное условие для объекта с работающей легитимной инфраструктурой на смежных частотах.
• Пассивный мониторинг эфира до включения активного подавления экономит не только деньги на ложных инцидентах, но и отношения с соседями по территории.
• Итоговое время реакции 18–22 секунды от засечки до подавления на объекте с периметром 1260 метров и тремя точками — рабочий показатель для режима 24/7 без постоянного участия оператора.

Частые вопросы

Почему нельзя было ограничиться одной стационарной позицией на объекте такого размера?

При периметре 1260 метров и застройке в четыре корпуса одна точка физически не даёт кругового покрытия без провалов за собственными зданиями объекта. Даже направленная антенна на угловой опоре высотой 8 метров теряет видимость там, где здание оказывается между позицией и целью.

Почему для двух мёртвых зон не поставили ещё одну стационарную вышку?

Совокупная площадь обеих зон — меньше 15% периметра, а траектория пролёта через них требует от оператора дрона точного повторяемого маршрута вдоль стены или через узкий проезд, что нетипично для разведывательного полёта. Мобильный пост с переносным комплексом решает задачу дешевле и гибче, чем капитальная вышка ради 15% площади.

Как система отличает корпоративный Wi-Fi объекта от канала управления дроном в той же полосе 2.4 ГГц?

ASEL строит профиль легитимных SSID объекта на этапе калибровки и исключает занятые ими каналы из сектора подавления. Кроме того, канал управления дрона имеет отличную от Wi-Fi временную структуру и паттерн скачков по частоте, что позволяет отличать угрозу от фонового трафика ещё на этапе детектирования.

Что если бы засечка на 900 МГц оказалась реальной угрозой, а не соседским трекером?

Резервная настройка на эту полосу в ASEL уже была активна, а обе позиции Шторм-М технически способны расширить сектор подавления на 900 МГц при подтверждении угрозы. Именно поэтому разведку не завершали до пеленга и проверки источника — включать подавление по неопознанному сигналу без понимания его природы было бы преждевременно.

Сколько времени занимает переход от пассивного мониторинга к рабочей системе подавления?

На этом объекте цикл занял три этапа: 72 часа пассивной разведки эфира, установка и калибровка двух стационарных позиций с тестовыми пролётами, после которых выявились мёртвые зоны, и добавление третьей мобильной позиции с переходом на прицельный режим подавления. Суммарно — порядок нескольких недель от выезда инженеров до сдачи системы в режим 24/7.

Связаться с инженерами ZT

Поможем спроектировать защиту под конкретный периметр — с разведкой эфира до расстановки оборудования.

• 📞 +7 (995) 998-75-00 — отдел продаж
• ✉️ sales@zt-tech.ru
• 💬 @ZTek_Sales — Telegram
• 🌐 z-tekhnologii.ru